О судьбах земляков, вплетенных в историю страны.
Из воспоминаний Александра Александровича КОРОЛЕВА, генерального директора ордена Ленина комбината "Ураласбест", Героя Социалистического Труда, лауреата Государственной премии СССР, отдавшего Асбесту 50 лет.
В то злополучное воскресенье, 22 июня 1941 года, после возвращения с рыбалки на сердце почему-то было странное тревожное чувство. Звоню сразу же главному инженеру Межиборскому.
- Как дела, Исаак Семенович?
- Дела? Вы что, ничего не знаете? Война...
Странно поразило меня это неожиданное известие. Управляющий трестом Нектарий Петрович Пашкин созвал срочное совещание. Решение было суровым, но вынужденным - поставить на консервацию Южное и Северное рудоуправления, закрыть 1-ю и 3-ю фабрики. В строю оставались Октябрьская фабрика, вырабатывающая текстильные сорта асбеста, и наша, вторая, где я был директором. Она давала производственные сорта с полужесткой структурой. Рудная база - Центральное рудоуправление. Вот когда до нас в полной мере дошло, что асбест - важное стратегическое сырье.
В городе полным ходом шла мобилизация. Знакомые рабочие с котомками, провожаемые семьями, направлялись к военкомату. Моим первым побуждением было встать в их ряды, взять в руки оружие...
Утром следующего дня тщетно искал на фабрике начальника одного из ведущих цехов. Оказалось, ночью его отправили на фронт. Такое повторялось не раз.
Перестройка в кадровых вопросах давалась нелегко. Ведь к концу 1941 года больше половины обогатителей нашей фабрики находились в окопах. Работали в подавляющем большинстве женщины и старики.
Дальше стало еще хуже. Из-за нехватки людей перевели цеха на двухсменный режим. Смены Анны Сажиной и Григория Козлова самоотверженно трудились по двенадцать часов. Бывало, с фабрик не уходили, спали тут же, в раскомандировочной, где завхоз установил железные койки. Но никто не жаловался на тяготы, столь неожиданно обрушившиеся на наших людей.
Нектарий Петрович Пашкин, оставаясь управляющим трестом, взвалил на себя еще и ношу директора ремонтно-механического завода, который срочно переходил на производство оборонной продукции. В одной упряжке с ним тянул тяжкий воз К. А. Тарасевич, представитель когорты первых комсомольцев Асбеста.
Это никогда не забудется. Готовясь к первой военной зиме в переполненном городе, горком партии и горисполком наметили построить узкоколейку до Теплого Ключа, что в 20 километрах от Асбеста, в лесной чащобе. Горняки и обогатители, девушки валили вековые деревья, готовили трассу, укладывали в любую погоду рельсы. Их подвиг можно сравнить с героизмом Павла Корчагина и его товарищей в Боярке. Сейчас об этой эпопее не вспоминают, а жаль. Забывается и еще одна узкоколейка - она протянулась от станции Асбест до главного корпуса госпиталя. На железнодорожных платформах вручную перевозили доставленных санпоездами раненых.
Маленький заштатный наш городок оказался полон людей в красноармейской форме. Среди них не только выздоравливающие, но и посланцы частей, приехавшие за пополнением, и военпреды, курирующие выпуск оборонной продукции, и счастливчики-отпускники, прибывшие на недельку домой по случаю ранения...
Принято считать, что цифры и проценты услаждают слух одних экономистов. Не согласен. Когда наша фабрика выполнила план 1941 года по выпуску асбеста на 109,2 процента, все мы, полуголодные и полубольные, ликовали, как дети. Выходит, и мы оборону держали под Москвой и Ленинградом.
Помнится, не хватало угля для барабанов, где сушилась руда. С болью пришлось пожертвовать ближним сосновым бором. Возили дрова на лошадях, пока те не были мобилизованы или не передохли от бескормицы, а затем сами - в сани...
Однажды встречаю за этим занятием старого слесаря-инструментальщика Бодовского. Говорю ему:
- Никита Петрович, чего же вы за такую тяжесть взялись? Сейчас кого-нибудь помоложе пришлю.
- Помоложе? Где ты их возьмешь, пусть воюют. Я, Александр Александрович, чуток отдохну и снова впрягусь. А ты ступай, ступай, у тебя дела государственные, негоже директору санки возить.
Тащим с ним санки с дровами, а я про себя думаю: с такими стариками не пропадем.
Не красные слова - стар и млад встали на защиту Отечества. Двенадцатилетний мальчик Володя Помазкин, ученик электрослесаря, тому наглядное подтверждение. Сын фронтовика, вымотанный, посеревший, он работал за взрослого, дело свое знал и никогда не терял бодрости. Так начинал блистательную горняцкую судьбу известный в асбестовой промышленности экскаваторщик, кавалер ордена Ленина, лауреат Государственной премии СССР Владимир Иванович Помазкин.
(Продолжение следует)
Записал Алексей ЧЕЧУЛИН.
Из Альманаха "Память сердец" (Составитель А. Попова) 2000г.
![](/_nw/474/s18629552.jpg)
|