Информационный гид АСБЕСТА

Первые пленники едут домой - Мы можем писать 3

В начале сентября 1946г. получил я, наконец, первый ответ из дома. Снова и снова я читаю строки и знаю теперь: мать жива, отец жив, все братья и сестра живы, находятся в добром здравии. Два года младший брат Роланд в браке, уже отец двух детей. Благоприятные сообщения. Печальные следуют тотчас же: дедушка Бернхард, тетя Марта и брат отца Эрих приказали долго жить. Сестра Дорис женихов недосчитывается, а мой друг Карл Г ерман, из Кольдитца, погиб. А также много других знакомых. Жестокая война. Конечно, мои члены семьи надеются, что я смогу возвратиться домой в хорошем здравии и скоро. Что я должен написать? Skoro domoi?

Осень 1946. "Облава". Ага, снова. „Всем людям построиться перед бараком!". Здесь уже выходят красноармейцы, начинают системно „шмонать" все внутри. Они ворошат кровати, мешки с опилками и подстилки для головы. Там и сям даже доски вынимаются из пола. Сыщики находят "ценные" предметы: остаток карандаша, дощечки для хлеба, листы бумаги, куски проволоки, фитили с кремнями, которые мастерили курильщики за неимением спичек, шпагат, широко распространенные подобные ножу железные штуки. „ Даже ножницы, 2 молотка и примерно 50 гвоздей были найдены ", русский командир бушует рассерженно и угрожает: „Если это еще раз такое произойдет, владельцы будут разысканы и наказаны карцером". Мы знаем опасение командиров: „Немцы проносят контрабандой в лагерь жестянки, а выходят через несколько недель с броневиком!".

На следующий день русские готовят для нас новую неожиданность: „Внеплановый медосмотр!". Почему? Ещё один персональный отбор для следующего транспорта на родину? Возможно всё. Возбуждение, напряжение, надежда. В очереди к бараку санчасти. Стол следственной комиссии занят списками. Я подхожу. Врач находится в состоянии нетерпеливого ожидания. Ее состояние после обязательной проверки складки задницы: „Kategorija Dwa (категория два)". Несколько шагов далее: „ Руки вверх, повернитесь!". Общее созерцание. Никаких замечаний в отношении шрамов. Должен ли я оценивать это положительно или отрицательно? Еще никто не знает, что должно было означать это исследование. Сможем ли мы уехать домой? Однако, никто не питает иллюзий.

Следующим утром вызывают по именам. Я слышу также своё. Примерно 100 человек маршируют к Banja (бане). Удивительно, так как мы были только 2 дня назад в душе и на дезинсекции. При этом шепчется: „Прошедшей ночью уже была переведена группа больных и слабых в лагерь I - наверное, кандидаты для отправки домой!". А мы? В душ! Вещи сдаём! В соседнее помещение! Дверь. Затем рядами под душ. После этого назад. Нет. Назад не получается. Перед нами ухоженное свежее нижнее белье и почти новое ватное обмундирование, дезинфицированное. „А что стало с нашими прежними вещами? " "Конфисковано" говорит смотритель бани. Появляется ярость. Ведь в карманах находилось несколько важных для пленника мелочей. Все потеряно безнадежно. Мелочь, но у нас сейчас совсем ничего нет. Это является для каждого снова «часом нуль». Оскорбления и жалобы заглушаются командой: „Все выходят к воротам лагеря!". Вскоре после этого: Schagom-marsch (шагом марш) за ворота. Куда? Теперь командир взвода приоткрывает тайну: „Лагерь V полностью освобождается от немецких военнопленных, заключенные распределяются по другим лагерям ". Прощальное слово лагерю V и прощальное слово надежды на скорое возвращение домой.

Мы маршируем к новому лагерю. Наименование дезориентирует, так как речь идет о старом двухэтажном каменном здании. Эта огороженная территория состоит только из маленького плаца в глубине и оснащена по испытанной схеме: забор из досок, колючая проволока, наблюдательные вышки. Совсем не большой лагерь. На нижнем этаже находятся канцелярия, больничное отделение, кухня и столовая. Каменная лестница ведет наверх в расположение команды. Это большой зал, оснащенный отдельными нарами, но также и сплошными на 10 - 20 человек. Все двухэтажное, из настоящей сибирской сосны. Каждый имеет основу для сна: матерчатый мешок, набитый опилками. Итак - высший комфорт. В помещении душно; температура, однако, нормальная. Принимая во внимание предстоящую зиму, наверное, это преимущество. В общем и целом не слишком плохие условия. Чего мы хотим ещё? Прежде всего, узнать, как обстоит дело с продовольственным снабжением. Конечно, мы хотим также знать, где мы должны работать в будущем.

Авторский рисунок из книги. Stadler, Wolfgang. Hoffung Heimkehr