Информационный гид АСБЕСТА

Медленно, с комментариями, проехали по этой разбитой дороге до пересечения с высоковольтной линией и выехали на старую дорогу к Малорефтинскому кордону. Дорога эта в прежние времена — а это последняя четверть XX века — была в порядке: по ней можно было проехать на «Жигулях» со скоростью 60 км/ч.

Миновав все разбитые участки, переехали реку Малый Рефт и с удивлением увидели, что река наполнена полностью: все низинки и заводи залиты водой. Здесь тоже наблюдается большой паводок — вода шла поверх моста. О нём свидетельствовали трава, висящая на кустах, примятые кусты и грязь на дороге, принесённая бурным течением.

Сворачиваем с основной дороги на узкую дорогу, похожую на лесную тропинку, идущую в сторону водозаборных скважин. Дорога узенькая, по краям заросла кустами. Если сказать, что здесь когда‑то проезжал легковой иностранный автомобиль, можно даже не поверить. Ещё несколько поворотов, крутой подъём на горку — и мы подъехали к 22‑й скважине, где можно развернуться и оставить машину.

Здесь не бывали лет пять, и ситуация, конечно, очень заметно изменилась. Скважина, здание, ворота — всё на месте, а вот вокруг — густые кусты. Дорога, уходящая в восточном направлении к речке Кайгородке, которая в прежние времена была в приличном состоянии, сегодня даже не просматривается.

Разобрав оборудование, аппаратуру и рюкзаки, двинулись по маршруту. Первое приключение совсем рядом — буквально в пятидесяти метрах от основной дороги. Здесь течёт речка: в прежние времена это был ручеёк шириной примерно в метр. Мы здесь свободно проезжали на УАЗике. На сегодняшний день после паводков на берегах речки — большое количество торфа, грязи, водорослей: всё это на высоту 30–40 см. Есть вырванные с корнем кусты, коряги, обломки жердей. Чтобы подойти к речке, нужно обойти эти препятствия.

На сегодняшний день у речки оказалось два русла. Одно — довольно‑таки широкое, с бурлящим сильным течением. Другое русло так и осталось шириной примерно в метр, но воды прибавилось: если не по колено, то сантиметров на тридцать точно. Мерить мы не стали, чтобы в начале маршрута «не набрать» в сапоги.

Дальше — живописный подъём на бугор, который мы фотографировали и снимали в прежние времена не один раз. Много лет назад с этой затяжной горки в зимний период катались на лыжах. При желании с самой вершины бугра можно было скатиться до самой речки.

На сегодняшний день здесь всё заросло кустами. Двигаемся дальше и выходим на квартальную просеку, которая отделяет давнишнюю вырубку от большого соснового леса. Дальше наш путь — в северном направлении к Островистому болоту. Здесь мы тоже бывали много раз с разными целями: как с поисковыми маршрутами, так и в охотничьих целях, а ещё неоднократно собирали клюкву. Все эти леса, дороги и бугры, мелкие покосы пройдены вдоль и поперёк. Но в тот период, когда мы здесь «пробегали» в конце XX века, о наличии горных разработок древнего периода мы ещё не знали.

А вот сейчас мы идём искать железный прииск у Островистого болота — так написано в старых документах, которые Владимир Николаевич Рубцов обнаружил в архиве. К нашему удивлению, он вспомнил, что бывал на этом прииске много раз, но тогда, конечно, не обратил внимания на эти разработки. Просто были остатки горной выработки — по‑нашему, небольшой карьер; на современном языке можно сказать — небольшой котлован. Он расположен на кромке болота, недалеко от дороги, перед подъёмом на высокое место. Именно по этим ориентирам мы начали искать это старое сооружение.

Предварительно посмотрели бумажные карты, сверились с навигацией, по приборам определили своё местонахождение и двинулись поисковым маршрутом в северном направлении от проходившей дороги. Двигаясь по болотинкам и буграм, пытались визуально определить наличие каких‑нибудь ям, траншей и закопушек.

Но в этом районе мы ничего не нашли. Такими поисковыми зигзагами мы прошли по кромке болота в восточном направлении, обследовав много возвышенностей, которые располагаются на Островистом болоте. Кое‑где имелись следы человеческой деятельности конца XX века: это металлические воронки для сбора сосновой смолы. Здесь работали вздымщики. В очередной раз внимательно глянув на карту, предположили, что, скорее всего, к прииску должна вести дорога. Поэтому, сориентировавшись по едва заметной пунктирной линии на карте, повернули в сторону предполагаемой дороги. Произведя изыскания и прочесав несколько возвышенностей, а также пройдя по низинкам и болотинкам, которые расположены неподалёку, никаких признаков горных работ не обнаружили. Развернувшись, пошли в южном направлении — на солнышко.

Здесь на некоторых островах увидели остатки старых шурфов и небольшие отвалы с породой белого цвета. На этих отвалах уже выросли большие сосновые деревья. В южном направлении, в полукилометре, должна быть дорога, по которой проходит основное движение, — она прорисована на карте. Двигаясь точно так же поисковыми круговыми маршрутами, в конечном итоге Владимир Николаевич нашёл заросший, слегка заболоченный котлован, который остался от древних горных работ.

Как впоследствии выяснилось, рядом проходила дорога, по которой мы первоначально и зашли в лес. И что самое удивительное: на прииске работали в 1762 году. От прииска остались полуобвалившиеся останки, а вот дорога, которая шла к нему, до сих пор сохранилась на местности. По ней ездят лесники или лесозаготовители, ну и, конечно же, здесь бывают охотники, потому как недалеко нами была обнаружена кормушка с небольшим солонцом.